Возрождение Православия в России исторически совпало с системным регрессом (термин Кургиняна) русской государственности, науки и культуры. Не обязательно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Православие настолько неотъемлимая часть русской культуры, что может или возродится с русским народом и государством, или вместе с ними - погибнуть.
Непростые отношения между религией и наукой имеют тысячелетнюю историю. Взаимоотношения духовенства и государства, социально-сословные отношения, личностные взаимоотношения носителей различных социально-психологических, сознательных и подсознательных стереотипов поведения, изменения правовых норм определяют исторические и геополитические судьбы народов.
Единоверие сплачивает русских как народ и противостоит раскольничеству и сектанству как разобщающей тенденции. Впрочем, с точки зрения национальных интересов России, опасны и высказывания некоторых, склонных к миссионерству, представителей не совсем олртодоксального православия, например: "Правосавный японец нам ближе, чем неверующий русский".
Со сходных позиций многие православные оценивают и события отечественной истории: ПётрI,покончивший с опасной замкнутостью, научно-технической и военной отсталостью Московской Руси XVI-XVII веков, именуется у них чуть ли не "антихристом", а противостоявшие императору ревнители "древлего благочестия" и "Домостроя" - чуть ли не "святыми мученниками".
Само появление столь одарённого государя-самодержца, жадного до знаний, мужественного и волевого воина-преобразователя, было неоценимой историко-эволюционной удачей русского народа.
Как и в наше время, на рубеже XVI-XVIII веков не многие могли чётко представить себе историческую альтенативу петровским реформам, не хотели или не могли видеть, к чему бы привело дальнейшее отсутствие науки, образования, промышленности, военной техники, регулярной армии, активной имперской внешней политики на Святой Руси.
Эта альтернатива однозначна: 100-150 лет самобытного существования Московии между Европой и Азией, затем европейское вторжение как альтернатива турецкому, распад Московского Царства, европейское имперское правление, колонизация, долгое сопротивление с опорой на лесные скиты, героическая гибель под колокольный звон, как во времена Батыева нашествия и, к концу XX века - резервации для русских туземцев под эгидой ООН.
В случае реализации вышеописанной исторической вероятности, в конце ХХ века Русская Православная Церковь (скорее всего, вернувшаяся к старообрядчеству) была бы столь экзотической конфессией, как эфиопская на фоне мирового противостояния протестантизма, католичества, ислама и синтонизма...
Не только российская, но и мировая история показывает, сколь надолго можно задержать прирост новых знаний о Природе и человеке и технологический прогресс, насаждая и распространяя любой ценой "свет истинной веры", или наоборот, просвещение "научным атеизмом". В III веке Герон Александрийский изобрёл паровую машину, существовала её действующая модель, но пятью столетиями позже огромный информационный масив Древнего Мира был утрачен: арабский халиф-завоеватель приказал сжечь александрийскую библиотеку: "Если в книгах написано то же, что и в Коране, то они - бесполезны, а если не то что в Коране, то они - вредны!".
Паровой двигатель был создан в России и Англии уже только в XVIII веке. Марксисты-догматики. уже в ХХ веке. борясь с "буржуазными лженауками", довели Россию до нынешней отсталости в области генетических социально-биологических, кибернетических и многих других научных дисциплин на фоне разрушенной государственным атеизмом православной нравственности русского простонародья, разгула преступности и культурной экспансии чуждых расоэтнокультур.
Изучение мировой истории, истории науки, философий и религий даёт возможность понять, что народы, законодательство и практика социальной жизни которых ущемляет свободу совести, проигрывают в геополитической конкуренции: греки, итальянцы, испанцы, португальцы, латиноамериканцы - не столь влиятельны в современном мире, как англосаксы, французы, германцы, японцы, китайцы.
Фундаментальные открытия естественных наук предшествуют технологическим достижениям, промышленному развитию, росту возможностей военной техники. Открытия эти совершают не просто учёные и образованные люди, но носители таких врождённых конфигураций сознания, интеллекта и подсознания, которые дают им возможность свободного творчества. Этим людям генетически присущ авантюризм, бесстрашие, дерзость, своеволие, несклонность к преклонению перед любыми авторитетами.
История науки и социальный психоанализ личностей учёных-творцов (взятых в отличии от просто специалистов и эрудитов) показывают их разную склонность к вере и разную потребность в ней.
Учёные, изучающие свойства окружающего мира вне исторических аспектов его существования, как и инженеры-изобретатели, ощущая свою сопричастность к творчеству, легко принимают идею Творца, а в связи с интернациональностью своих научных дисциплин - и идею Спасителя человечества, и идею бессмертия души, резко отделяющую людей от остальных живых существ.
Космологи, рассматривающие материально-энергетические системы Вселенной в пространстве-времени, и биологи-эволюционисты, изучающие историческое возникновение и развитие информационных материально-энергетических организованных систем (существующих как антиэнтропийные системы благодаря возможности использовать информацию) - живых организмов и их сообществ, включая людей, если и принимают идею Творца, идею Спасителя человечества вообще, идею бессмертия души и самоё идею существования души, то - только по своим личностным психологическим особенностям. Многим талантливым естествоиспытателям этого рода свойственно стремление скорее к новизне и изяществу теоретических продуктов своего научного творчества, нежели к их соответствию окружающей реальности.
Кроме того, космология и биология (и, в частности, психология и социология) - слишком жестокие науки; их выводы не для людей, инфантильно трепещущих перед самой мыслью о смерти.
Именно этими стратегическими областями знания могут успешно и результативно заниматься лишь люди, чьё научное творчество абсолютно свободно и стремиться лишь к максимальному познанию реальности. Склонности к вере нет места в их подсознании генетически и нет в их сознании - установочно; их знания достижимы только приотсутствии самой потребности в вере; их неверие, в порядке обратной связи, обусловлено их знаниями и подкрепляется необходимостью практического приложения этих знаний в социально, политической и военной жизни народа, частью которого они себя чувствуют и осознают.
Чем меньше таких людей будет появляться в поколениях в силу генетических исоциальных причин, тем меньше будет у этого народа шансов на успехи в геополитической конкуренции.
Уважая потребность своего народа в вере, зная необходимость Православия для построения достойного будущего России, такого рода люди очень далеки от воинственного атеизма, разрушающего русскую культуру и разобщающего русских людей, от атеизма, отнимающего Веру и Надежду у тех, кто в этом нуждается.
Не считайте их, неверующих, слугами сатаны, люди православные! Молитесь за эту неверующую часть вашего народа, как молитесь вы за воинов, грешащих против заповеди "не убий", когда они с оружием в руках, защищают русские национальные интересы.
Наука - основное оружие в геополитической битве рас и народов. Отмаливайте неизбежный грех неверия у людей, необходимых в силу самого устройства этого мира для выживания и процветания русского народа.Примечания.
Данный текст был написан автором, в ответ на то, что истововерующие люди задолбали его своей тупорылостью. Будучи человеком тактичным, он не употреблял более резких высказываний. Так как я себя таковым не считаю, то данный текст в некоторых местах нуждается в серьёзной корректировке.
